Центрально-Азиатская экспедиция Н.К. Рериха (1923-1928)

 

caravan_altai.

Экспедиционный караван на Алтае. 1926 г.

В 20-е годы через просторы Внутренней Азии шел большой караван научно – художественной экспедиции, которую вел великий русский художник, ученый, путешественник Николай Константинович Рерих. Эта экспедиция, стала важным этапом в общечеловеческой истории и духовной эволюции планеты Земля и получила название Центрально – Азиатской. Маршрут ее отличался повышенной сложностью и необычайной протяженностью: с 1924 по 1928 год он покрыл огромным кольцом область от Гималаев до Алтая, пройдя по территории Индии, Китая, Советской Сибири, Монголии, Тибета.

Центрально – Азиатская экспедиция стала главным свершением в жизни Н.К. Рериха. Вся его предыдущая деятельность была подготовкой к ней,                                                                                            а последующая -  осмыслением и обработкой ее результатов. Уникальность  экспедиции состояла в том, что никто до и после нее, не ставил перед собой

Е.И. Рерих и Ю.Н. Рерих в Центрально-Азиатской экспедиции.

Е.И. Рерих и Ю.Н. Рерих

во время Центрально-Азиатской экспедиции

художественных задач. Н.К. Рериху удалось в тяжелейших походных условиях создать бесценные полотна, отразившие географическую картину Центральной Азии и культуру народов, населяющих ее. Масштаб проведенной работы говорит сам за себя - 500 произведений, созданных на маршруте, и более 1500, написанных позднее.Вместе с Н.К. Рерихом весь маршрут экспедиции прошла его жена Елена Ивановна  – русский философ и писатель, создатель книг учения Живой Этики. Она  изучала культуру Востока, писала книги, собирала уникальные легенды и сказания. Е.И. Рерих наравне с мужчинами преодолела все трудности пути и внесла огромный вклад в решение задач, стоявших перед экспедицией. Третьим постоянным участником маршрута был старший сын Рерихов – Юрий Николаевич, молодой ученый – востоковед и лингвист, знавший помимо европейских ряд восточных языков и диалектов. Благодаря этому участники экспедиции не нуждались в переводчике и могли вступать в необходимые контакты с местными жителями, что было крайне важно для научной работы. Кроме того, Ю.Н. Рерих отвечал за охрану каравана, без чего продвижение по безлюдным тропам Внутренней Азии было бы невозможно.

Востоком, и в особенности Индией, художник серьезно заинтересовался еще в молодости. В 1913 г. в Париже Н.К.Рерих ознакомился с индийской коллекцией крупного русского востоковеда и археолога В.В.Голубева. Он был убежден в том, что в глубокой древности существовал общий источник, сформировавший славянскую и индийскую культуры. Тогда же была задумана научная и художественная экспедиция в районы Центральной Азии.

Ю.Н. Рерих и Н.К. Рерих в Центрально-Азиатской экспедиции.

Ю.Н. и Н.К. Рерихи во время

Центрально-Азиатской экспедиции

2 декабря 1923 года в гавань Бомбея вошел пароход «Македония». Среди пассажиров, сошедших с трапа, был и Н.К. Рерих с семьей.

В течение месяца Рерихи путешествовали по индийской равнине. Утонченную красоту древней индийской культуры не смогли погубить ни иноземное господство, ни наступление современной цивилизации. Индия стала начальным и конечным пунктом Центрально-Азиатской экспедиции.

В конце 1923 года они прибыли в Дарджилинг – небольшой городок в предгорьях Восточных Гималаев. В Дарджилинге началась практическая подготовка к Центрально-Азиатской экспедиции. Горное княжество Сикким, спрятавшееся в Гималаях к северу от Дарджилинга среди снежных вершин и густых заповедных лесов, стало первым, очень важным этапом экспедиционного маршрута.

«Страна небесных ступеней», « Неисследованная, малопроникаемая страна скал и цветов» - так говорил Николай Константинович о Сикиме. Именно там в 1924 году художник воочию увидел Великий Гималайский хребет, к которому так долго стремился. В путевом дневнике «Алтай –Гималаи» Н.К. Рерих записал: «Наш путь шел от Гималаев и обратно к ним. Величественен Каракорум и ледяное царство Сассера. Прекрасен Куэнь – Лунь. Фантастичен Тянь – шань – небесные горы. Широк кругозор Алтая. Декоративен Наньшань. Суров Ангар – Дакчин. Но все это только пролог перед невыразимым величием Гималаев». Он будет воспевать «Обитель снегов» в своих литературных и живописных произведениях вплоть до ухода с земного плана.

На сиккимском маршруте лежали старинные монастыри: Пемаянцзе, Ташидинг, Сангачелинг, Дублинг. Николай Константинович подолгу беседовал с их настоятелями, встречался с ламами, отшельниками и мудрецами. Монастыри принадлежали секте красных шапок, высокие ламы которой считались хранителями древних тайных знаний. Легенды связывали источник этих знаний со священной Канченджангой, Горой пяти сокровищ. Трудно сосчитать сколько раз художник изобразил эту священную гору. На ее фоне написаны сюжетные картины серии «Его страна». Н.К. Рерих писал о Канченджанге: «Отчего так зовется эта величественная гора? Она хранит пять сокровищ мира. Какие это сокровища? – Золото, алмазы, рубины? Нет, старый Восток ценит иные сокровища. Сказано: «Придет время, когда голод охватит весь мир. Тогда появится Некто, кто откроет великие сокровищницы и напитает все человечество». Конечно, вы понимаете, что Некто напитает человечество не физическою, но духовною пищей».

За легендами мифами стояла неизвестная еще реальность. Но русский ученый и художник соприкоснулся с этой реальностью и отразил ее в своих сиккимских полотнах.

Окончательный маршрут Центрально – Азиатской экспедиции был разработан в Сиккиме. Николай Константинович и Елена Ивановна, общаясь с мудрецами хранителями тайных знаний, сумели четко определить цели экспедиции. «Кроме художественных задач, - писал Н.К. Рерих, - в нашей экспедиции мы имели в виду ознакомиться с положением памятников древностей Центральной Азии, наблюдать современное состояние религии, обычаев и отметить следы великого переселения народов. Эта последняя задача издавна была близка мне».

Весной 1925 года Рерихи прибыли в  Западные Гималаи, в княжество Кашмир – историческую землю легендарных Риши и нагов. Они остановились в столице Кашмира Шринагаре. Экспедиция провела там шесть месяцев – с марта по начало августа. Надо было подготовить экспедиционное снаряжение, найти проводников, носильщиков. Большую часть времени путешественники проводили в поездках по княжеству. Первые впечатления от Кашмира были яркими и незабываемыми. «Здесь и Мартанд, и Авантипур, связанные с расцветом деятельности Авантисвамина,- писал Н.К. Рерих. Здесь множество развалин храмов шестого, седьмого, восьмого веков, в которых части архитектуры поражают своим сходством с деталями романеска. Из буддийских памятников почти ничто не сохранилось в Кашмире, хотя здесь жили такие столпы старого буддизма, как Нагарджуна, Асвагоша, Ракхшита и многие другие <…> Здесь и трон Соломона и на той же вершине храм, основание которого было заложено сыном царя Ашоки». Наполненная красотой долина Кашмира лежала на древних азиатских путях. Различные народы и племена оставляли свои следы в камне, в костюме, в духовной культуре. «Все прошло по Кашмиру,-  писал художник, - здесь старые пути Азии. И каждый караван мелькает как звенья сочетаний великого тела востока».

И вновь Николай Константинович ставит вехи. «На сеновале лежат сани – московские розвальни. На дворе скрипит журавль над колодцем. <…> Где же это? В Шуе или в Коломне? Это в Шринагаре, в «городе солнца».

В горном поселке Гульмарге, где заканчивались приготовления и формировался караван, перед экспедицией стали возникать многочисленные проблемы. Выдача разрешения на выезд затягивалась, английский резидент и поверенный махараджи Кашмира отвечали на все вопросы уклончиво. Наконец с большим трудом разрешение было получено, и в начале августа 1925 г. экспедиция двинулась на Ладак. Но ее продвижению мешали. В Тангмарге, неподалеку от Гульмарга, на караван напала банда. Семь человек было ранено. Николай Константинович и Юрий Николаевич провели всю ночь на ногах, держа револьверы наготове. Среди нападающих был замечен шофер английского резидента.

Этот и последующие инциденты, которые произошли во время путешествия, свидетельствуют о том, что в отношения между экспедицией и правительствами стран, через которые она проходила, постоянно вмешивалась третья сторона. Это была английская разведка «Intelligence Service», которая пыталась разрушить планы Рерихов и сбить экспедицию с маршрута, боясь того, что русский идет через Центральную Азию, районы английских интересов. Имена ее представителей стали известны из документов, обнаруженных в Национальном архиве Индии только в 1969 году. Британский генеральный консул в Кашгаре майор Гиллан и британский резидент в Сиккиме полковник Фредерик Бейли чинили препятствия каравану на всем пути следования. Тем не менее, экспедиция прошла весь маршрут и выполнила его с честью.

В конце августа 1925 года, пройдя Великий Гималайский хребет по старинной караванной дороге, экспедиция вошла в небольшое горное княжество Ладак. В отличие от мусульманского Кашмира, Ладак был буддийским. Словно орлиные гнезда, на отвесных недоступных скалах возвышались старинные монастыри. Рерихи любовались древними фресками монастыря Ламаюру, исследовали неизвестные погребения и старинную одежду, древние святилища и наскальные рисунки. Исторически, название Ладак появилось от слова «ла двагс» (la-dwags) или Земля высоких путей. По этим ненадежным путям ходили караваны, нагруженные роскошными и дорогими товарами, включая изделия из нефрита, ковры, великолепные камни, чай, мускус и другие товары, из Китая на восток в Кашмир, Афганистан, Центральную Азию. Но не только материальные богатства перевозили караваны через этот регион, вместе с ними шли монахи, паломники и ремесленники, а также перемещались священные тексты, реликвии, и распространялись религиозные течения, закладывающие основу для богатого культурного наследия.

Лагерь Центрально-Азиатской экспедиции в Тибете.

Лагерь Центрально-Азиатской экспедиции в Тибете

В 15 километрах от главного города Ладака  - Ле, находится старинный комплекс  Ше на массивном скалистом основании. У подножия скалистой горы, на которой стоит монастырь располагается большая ступа. (Ступы – особые культовые сооружения, которые в Азии воздвигают в честь важных и памятных событий). Огромная буддийская ступа возвышается на картине Николая Константиновича «Перекресток путей Христа и Будды». За ней – изломанные очертания скал, с которыми сливаются развалины крепости и здания монастыря Ше. Здесь когда-то пересеклись в пространстве пути двух Великих Учителей – Будды и Христа. По преданиям, Будда направлялся на Алтай, а Христос – в Шамбалу -  страну, где по легендам живут просвещенные мудрецы, трудящиеся во благо всего человечества.

«В Шринагаре, – писал Н.К. Рерих, – впервые достигла нас любопытная легенда о пребывании Христа. Впоследствии мы убедились, насколько по Индии, Ладаку и Центральной Азии распространена легенда о пребывании в этих местах Христа во время его долговременного отсутствия, указанного в писаниях».

Но нужно было спешить. Впереди был трудный путь через снежные хребты Каракорума – одного из высочайших в мире перевалов. Его необходимо было пройти до осеннего северо-восточного ветра. 19 сентября 1925 года караван вышел в путь.

За двенадцать дней экспедиция прошла пять перевалов. На перевале Сассер едва не погиб Юрий Николаевич – при подъеме по гладкой сферической поверхности ледника его лошадь почти соскользнула. «Сассер-Даван встретил нас совсем суров, -записал Николай Константинович в дневнике. Еще до рассвета началась колючая пурга. Подъем на Сассер. Эта гигантская морена вся покрылась леденеющим снегом. Торопились идти, ибо будет еще хуже. Весь путь отмечен многими трупами животных. Обледенелая тропинка по карнизу иногда совсем суживается, оставаясь только шириной для конского копыта. Кони сами идут. Шесть часов шли ледниками. <...> Особенно опасно подыматься по полусферической поверхности шапки глетчера. <...> Среди глетчеров на момент вспыхивает солнце. Все белое царство сияет невыносимым блеском. Прямо под нами открывается причудливое черное озерко в белых берегах; и опять все застилается беспросветною пургою. После ледников идем арктическими кряжами».

Обледеневшие отвесные скалы и метели на перевалах, жестокий мороз, при котором стыли руки и нельзя было ни рисовать, ни писать, лошади, срывающиеся в ледяные расселины, сердечная недостаточность и горная болезнь – все трудности горного маршрута испытали путешественники. Тяжел и труден был древний караванный путь, но суровый мир гор, простиравшийся вокруг, был наполнен торжественной красотой.

За Каракорумом начиналась древняя азиатская пустыня Такла-Макан. Часть маршрута Центрально-Азиатской экспедиции пролегала по территории Китайского Туркестана (северо-западной китайской провинции Синьцзян), в который Рерихи вошли в октябре 1925 г.

Перешли китайскую границу. Экспедиционный караван шел по Великому шелковому пути. На подходе к Хотану Николая Константиновича предупредили о грубости и произволе местных властей. Но Рерихи не могли миновать этот город.

В Хотане, придравшись к китайским паспортам,  экспедицию фактически арестовали. Отобрали оружие, запретили вести научную работу и рисовать. Помогла помощь советского консула в Кашгаре, откликнувшегося на письмо Н.К.Рериха. Он принял меры, и в конце января 1926 года экспедиция покинула Хотан. Теперь путь вел на север, где за отрогами Небесных гор Тянь-Шаня лежала русская земля.

В Урумчи – столице китайской провинции Синьцзян – Н.К.Рерих связался с советским консулом Быстровым. Вскоре пришло разрешение на въезд в Советскую Россию. Покидая Урумчи, Николай Константинович, в силу того, что в Китае было неспокойно, оставил консулу на хранение свой дневник и завещание, где говорилось, что в случае гибели экспедиции все ее имущество и картины переходили советскому правительству.

29 мая 1926 года небольшой экспедиционный отряд пересек советскую границу в районе озера Зайсан. Первая встреча с людьми новой России ошеломила и обрадовала. «Приходят к нам вечером, до позднего часа толкуем о самых широких, о самых космических вопросах. Где же такая пограничная комендатура, где бы можно было бы говорить о космосе и о мировой эволюции?! Радостно. Настоятельно просят показать завтра картины и потолковать еще. На каком пограничном посту будут так говорить и так мыслить?»,- писал Н.К. Рерих

Трудности и сложности, которые переживала в те годы Россия, не заслонили от Рерихов ни пафоса созидания, ни строительства новой культуры, ни формирования нового сознания, свободного от предрассудков.

В Москве художника приняли два наркома: Г.В. Чичерин и А.В. Луначарский. Оба проявили большой интерес к экспедиции, расспрашивали о пройденном пути, обещали поддержку. Рерихи привезли в Россию необычные Дары. Ларец с гималайской землей, письмо Учителей советскому народу – «Привет Вам, ищущим Общего блага!», серию картин «Майтрейя», созданную художником на пути экспедиции, рукопись книги «Община», которую Рерихи хотели опубликовать в России.

Дары не были поняты и восприняты. Письмо с далеких Гималаев попало в архив, ларец со священной землей затерялся, надежды на публикацию книги не оправдались. Живописные полотна серии «Майтрейя», подаренные художником государству, остались без внимания. Спустя какое-то время А.М. Горькому удалось устроить их в картинную галерею Нижнего Новгорода.

Из Москвы через всю страну экспедиция двинулась к Алтаю, где они провели около месяца. Рерихи поселились в староверческом селе Верхний Уймон, в доме Вахрамея Атаманова, который согласился быть их проводником. Верхом на лошадях они проходили сотни километров по горным каменистым тропам, переправлялись через бурные горные реки, через обрывистые ущелья. Собирали минералы, любовались наскальными рисунками. Изучали древние курганы, менгиры – «длинные камни», каменные изваяния, чьи загадочные лица были повернуты на восток. Таинственные легенды были связаны с белоснежной красавицей горой Белухой. Народная фантазия переплеталась в них с полузабытой реальностью, чудесная страна Беловодье напоминала буддийскую Шамбалу, в образе Белого Бурхана угадывался индийский Будда. Может быть, он когда-то проходил по Алтаю? Ведь Алтай и Гималаи – единая горная система. Через Алтай проходят пути древних странников и переселенцев. Сколько людей спаслись в этих ходах и пещерах! Так у Н.К. Рериха возникал замысел книги о Центрально-Азиатской экспедиции «Алтай – Гималаи».

В августе 1926 года экспедиция двинулась через Бийск на Улан-Удэ, оттуда в Монголию.

Урга.

Урга

Урга (ныне Улан-Батор), столица Монголии, стояла на равнине, окруженной горами, там участники экспедиции провели зиму 1926 – 27 года. Сверкали золоченые крыши буддийских храмов. На площади города скакали всадники революционной армии – в 1921 году, за пять лет до приезда Рерихов, в Монголии произошла революция. Восток пробуждался, освобождался от векового угнетения, но не отказывался от того лучшего, что хранили его народные традиции. Художник подарил правительству новой Монголии свою картину «Великий Всадник» («Ригден Джапо. Владыка Шамбалы»)

Во время пребывания в Урге Н.К. Рерих проводит большую культурную работу, выступает с лекциями и знакомится с культурной элитой Монголии. В Урге опубликованы книги, подготовленные Е.И. Рерих «Община» и «Основы буддизма».

Март 1927 года был хлопотным для путешественников. Перед выходом на Тибет предстояло пополнить состав экспедиции, набрать надежных проводников. Часть снаряжения Н.К. Рерих получил из запасов, которые были оставлены в Урге экспедицией П.К. Козлова. Пока шли приготовления, Николаю Константиновичу удалось наладить связи с Лхасой – загадочным и далеким городом Тибета. Рерихам разрешили войти в Тибет и посетить Лхасу.

В апреле 1927 года экспедиция покинула Ургу и направилась к реке Тола. С трудностями, но без особых приключений добрались до великой пустыни Гоби. Они шли по неизведанному пути на Аньси, по которому еще не ходили русские путешественники. Путь был опасен, в пустыне рыскали остатки банды разбойника Джеламы, убитого два года назад монголами. В целях безопасности все члены экспедиции были одеты в монгольские костюмы, а охрана держала оружие наготове.

За безопасность каравана отвечал Ю.Н. Рерих. Перед экспедицией он занимался на военном отделении Парижского университета. Не раз тактические навыки, предусмотрительность и мужество Юрия Николаевича Рериха спасали караван.

Юрий Николаевич Рерих в Центрально-Азиатской экспедиции.

Юрий Николаевич Рерих в Центрально-Азиатской экспедиции

За Аньси пополнили запасы продовольствия и двинулись к Цайдаму. У Шарагола экспедиционный лагерь смыло селевым потоком. Погибли некоторые коллекции и часть экспедиционного имущества.

За время дальнейшего пути происходили разные события, но одно запомнилось Н.К. Рериху больше всех. Однажды в лагере появился всадник: «Его золототканое одеяние, новая желтая шапка с красными кистями были необыкновенны. Он быстро вошел в первую попавшуюся палатку, оказавшуюся палаткой доктора, и начал спешно говорить нам, что он друг, что на перевале Нейджи нас ждут 50 враждебных всадников. Он советует идти осторожно и выслать передовые дозоры. Так же быстро, как вошел, он вышел и ускакал, не называя своего имени».  

19 августа 1927 года начался переход через Цайдам. «Унылое, негостеприимное плато, лежащее перед Тибетским нагорьем»,- как писал о нем Ю.Н. Рерих. В своем путевом дневнике Н.К. Рерих оставил такую запись: «Памятна ночь в Цайдаме, когда пересекали соляные топи. Остановиться нельзя. Нужно идти сто двадцать миль без отдыха. Во тьме ночи едва заметна тропа. Проходим самой опасной дорогой, не сознавая этого. По сторонам узкой тропы бездонные ямы. Неверный шаг – и вернуться нельзя. Трудно, но зато Цайдам пересечен в новом кратчайшем направлении. Много неточностей в картах. Когда мы проходили Цайдам, он оказался совсем не таким, каким он показан на картах; невольно смотрелось на запад -  там розовели безбрежные пески. Вспоминалось, что от Цайдама до Куэнь – Луня на картах показано сплошное пустынное пространство. Конечно, все это место не исследовано. Между тем там в складках нагорий может быть много замечательного. Из области Хотана и Черчена могли в этом направлении распространиться древние буддийские монастыри. Могли быть интересные отшельничества и памятники – пещеры. Но даже сами монголы мало говорят об этих местах. Толкуют о пропавших в песках караванах, о занесенных городах, но все это в пределах сказаний».

Вдали синели горы, за ними был Тибет, который встретил путешественников буранами и мокрым снегом. Караван поднялся на перевал Тангла. «24 сентября (1927г.) мы продолжили путь в западном направлении. Вскоре тропа вышла на обширную снежную равнину. К югу возвышался могущественный Тангла – масса вечных снегов, один из самых высоких и наиболее важных горных массивов Тибета. <…>  Перевал Тангла считается местом пребывания тридцати трех богов или небесных жителей, и наши монголы и тибетцы сообщили, что было хорошей приметой пересечь перевал в исключительно погожий день. Среди караванщиков Тибета существует твердое убеждение, что всякий раз, когда нежелательное лицо входит в Тибет, пронзительный ветер дует на перевале, и неудачные путешественники замерзают на ледяных склонах горы», - писал Юрий Николаевич Рерих.

Когда экспедиция вошла в долину Шенди, ее остановил отряд тибетских солдат. Пришлось разбить незапланированный лагерь. На следующий день прибыл командир задержавшего их отряда, следом приехал важный чиновник от губернатора Нагчу. Экспедицию не пропустили ни в Лхасу, ни в Нагчу. Ее задержали и оставили в летних палатках на высокогорном плато Чантанг – наиболее сурового района Азии на высотах около пяти тысяч метров.

Николай Константинович пытался связаться с Лхасой, но его посланцы уходили и больше не появлялись. Положение стало гибельным. Морозы достигали 60 градусов, дули ураганные ветры, в аптечке замерзал коньяк. Представители английской разведки и колониальных властей Индии сделали все возможное, чтобы не только сорвать экспедицию, но и погубить ее участников.

Погибший караван Центрально-Азиатской экспедиции.

Погибающий караван Центрально-Азиатской экспедиции. Чантанг. 1927 г.

Шесть  страшных месяцев продолжалось «тибетское стояние» Центрально-Азиатской экспедиции. Умерло несколько человек, погибли девяносто караванных животных из ста двадцати. Но ни на один день не прерывалась научная работа. Несмотря на суровую зиму, участникам экспедиции удалось сохранить большинство коллекций, записей и картин.

Юрий Николаевич занимался сбором материала о хорпах – кочевниках, говорящих на архаичном наречии тибетского языка. В Шаругене, в монастыре древней добуддийской веры бон, ученым было открыто обширное собрание рукописных текстов. Часть рукописей имела отношение к бонской версии известного эпоса о Гесэре. Непосредственное знакомство европейского ученого с памятниками одного из древнейших верований на планете представляло большую научную ценность ввиду его крайне малой изученности. Рерихи были первыми и единственными учеными обнаружившими «звериный стиль» в Тибете в орнаментах и убранстве оружия кочевников. Очередным открытием Рерихов, относящимся к древним памятникам кочевого Тибета, являлись погребения Северного Тибета, относящиеся к типу «каменных могил». Они оказались аналогичны каменным могилам Северной Монголии, Забайкалья и Алтая.

В марте 1928 года экспедиции позволили двинуться на Сикким, но особым кружным путем, не известным ни одной европейской экспедиции и почти не знакомым географической науке – через Трансгималаи, через область Великих озер, на Брамапутру и далее через перевал Сепо-ла. Это был трудный неизведанный путь, где поднимались до шести тысяч метров неизвестные перевалы, еще не нанесенные на карты.

Экспедиция шла по глубинным районам Тибета. На всем лежала печать упадка и умирания. Среди обнаруженных археологических памятников были открыты менгиры и кромлехи  к  югу от Великих озер, напоминающих знаменитые мегалитические сооружения во Франции и Англии.

Преодолев последний перевал Сепо-ла, путешественники подошли к Сиккиму и 24 мая 1928 года вошли в его столицу Гангток. Путь от Улан-Батора до Сиккима по такому маршруту не проходил еще ни один экспедиционный караван.

Закончилась одна из величайших экспедиций XX века. Она потребовала от участников высокого мужества и огромного терпения. Экспедиция прошла 25 тысяч километров. Пересекла две пустыни. Преодолела 35 горных перевалов, многие из которых путешественники впервые нанесли на карту. Написаны книги «Сердце Азии», «Алтай – Гималаи». Был собран огромный научный материал. И этот материал был отобран и осмыслен Н.К. Рерихом с широкой философской точки зрения. Именно это обстоятельство определило научную уникальность Центрально-Азиатской экспедиции.

За время путешествия Н.К. Рерих создал более 500 картин, этюдов, рисунков. Ни одна экспедиция не была так отражена в прекрасных живописных полотнах, как Центрально-Азиатская. Мир прошлого и настоящего Рерих исследовал мыслью ученого и провидческим воображением художника. Сочетая легенды с реальными фактами, в картинах и экспедиционных дневниках художник обозначил важнейшие для нашего времени и нашей планеты вехи космической эволюции человечества.


Судьбы Востока и Запада переплетались на протяжении многих тысячелетий человеческой истории. Усиленному культурному взаимодействию Запада и Востока способствовали кочевые племена.Отмечая общее в культурах России и Индии, исследуя культуры древних азиатских стран, Н.К. Рерих пришел к выводу, что сходства в культурах разных народов больше, чем различий. Это сходство объединяло страны Азии с Европой и Америкой.

Следы ранних кочевников (которые отмечали петроглифы, мегалиты, погребения) экспедиция нашла в Гималаях, в пустыне Гоби, в Монголии, на Алтае. На скалах Алтая, Монголии, Ладака, китайского Туркестана были высечены круторогие горные козлы, лучники, пляшущие фигурки. Н.К. Рерих протянул нить этих петроглифов до Скандинавии, Венгрии и даже Америки. Некоторые из этих петроглифов он датировал периодом неолита. В отличие от многих ученых того времени, считавших кочевников косными и отрицательно влиявшими на ход мировой истории, Николай Константинович и Юрий Николаевич отметили их важнейшую роль в этой истории. Именно кочевники составили основу первых больших народообразований, таких как индоевропейцы, тюрко – монгольские племена, семиты, и влияли самым решительным образом на этногенез различных народов. Ранние кочевники, скифы, сарматы, аланы и другие, явились «самым динамичным элеметом» механизма формирования культурного единства. А это великое единство лежало в основе закономерностей истории планеты, в чем был убежден Н.К. Рерих, искавший то, что объединяло культуры. Эти закономерности, в свою очередь, связаны с законами более высокого порядка – законами Космоса.

Экспедиция изучала не только памятники материальной культуры. Путешественники собрали множество легенд и сказаний, в которых нашли свое отражение народные мечтания и устремления – к справедливости, к лучшему будущему, к торжеству добра над злом.

«Из древних чудесных камней сложите ступени грядущего», – писал Н.К. Рерих. Маршрут Центрально-Азиатской экспедиции объединил в одно целое страны, казалось бы, совершенно различные по политическому, социально-экономическому, культурному развитию – Индию, Китай, советскую Сибирь, Монголию, Тибет. Но в этих древнейших районах Востока сохранилось то непреходящее и крепкое, на что должно опираться эволюционное будущее – живые ростки древней духовной культуры и энергетика самых высоких гор планеты; мифы и легенды, за которыми скрыта далекая и близкая реальность; красота первозданной природы и красота, создававшаяся руками человека в течение тысячелетий.

Путь Центрально-Азиатская экспедиции.

Маршрут Центрально-Азиатской экспедиции

Подготовлено по материалам статей Л.В. Шапошниковой и В.Г. Соколова.

Музей нуждается в помощи!